Anatoliy Gubarev (gubarevan) wrote,
Anatoliy Gubarev
gubarevan

Category:

Из истории Польского восстания

Сколько за годы советской власти было поломано копий для доказательства величия восстания Тадеуша Костюшко. И к каким только героям белорусского народа его не причисляли. Но вот появившаяся 11 апреля 2013 г. на сайте ИА REGNUM статья заместителя директора Института стран СНГ Игоря Шишкина ставит все на свои места. То, что мы мало знаем об этом "герое", выступавшем во главе антирусского восстания, и не просто антирусского, а пропольского, вряд ли делает честь белорусским историкам, пытающимся представить и превознести это восстание как "борьбу с царизмом". Я понимаю, что многие годы документы держали в секрете, не всё получали исследователи в разных архивах. И, тем не менее, в Архиве внешней политики Российской империи (АВПРИ) имеется еще немало документов об этом восстании. Я процитирую только одно письмо. Оно существует в копии. Его автор - русская императрица Екатерина II, адресовано оно было главе Римского государства и по совместительству Папе Римскому Пию IV. Письмо это никогда не публиковалось. Но прежде чем мы его процитируем, придется довольно подробно рассказать о ситуации в Европе в тот период времени. Повторюсь - речь идет о событиях во Франции в 1788-1789 гг.

До середины XVIII века Россия находилась в конфронтации с Францией, поскольку последняя была союзником противников России - Швеции, Польши и Турции. Однако быстрое возвышение Пруссии, заключение Фридрихом Великим союза с Англией заставило Австрию и Францию забыть на время свои разногласия и объединиться перед лицом опасных соперников. В 1765 г. этот союз удалось скрепить брачным контрактом. Десятилетняя младшая дочь правителей Священной Римской империи Марии-Терезии и Франца I Мария-Антуанетта (1755-1793) была помолвлена с наследником Франции - Людовиком. В том же году умирает ее отец, а через пять лет, в 1770 г. Мария-Антуанетта выходит замуж за будущего короля Франции Людовика XVI.

Тем временем Россия, не желая возвышения Пруссии, вошла в союз с Австрией и приняла участие в Семилетней войне, оккупировав в 1761 г. Берлин. Только смерть Елизаветы Петровны и приход к власти поклонника Фридриха II Петра III круто изменили внешнюю политику России.

После этих событий на международном европейском поле ведущее положение на долгое время заняли пять разновеликих государств: Англия, Франция, Австрия, Россия и Пруссия. Однако Екатерина II, придя к власти, хотя и расторгла военный союз с Пруссией, но не стала с ней воевать, а установила паритетные отношения, рассматривая Пруссию "не как угрозу равновесию, а как необходимый элемент в нем, ослаблять который сверх меры было не выгодно".

Но XVIII век, особенно его вторая половина, остался в истории под названием эпохи Просвещения, "веком разума", временем философов и экономистов. В этот период в Англии, а затем во Франции широко развивается идейное течение, основанное на убеждении в том, что разум и наука играют решающую роль в познании "естественного порядка", соответствующего подлинной природе человека и общества. Именно во Франции период между 1715 и 1789 гг., время наибольшего распространения идей Просвещения, стали называть "веком Просвещения".

Главным врагом для всех представителей этого течения, которое охватывает не только Англию и Францию, но и Германию, США, Россию, становятся религиозные воззрения. Действительно, мироощущение, мировоззрение людей XVIII в. претерпело значительные изменения. Стали цениться практические, позитивные знания, возник своеобразный культ разума. Этот рационализм совпал с кризисом религиозного мировосприятия и церкви как общественного института. Поэтому просветители считали религию и церковь устаревшими, неспособными отвечать запросам общества. На их место ставилась наука и образование. Казалось, что научный взгляд на мир может объяснить все его явления, что все может быть познано путем логики и научных наблюдений. Это было великим завоеванием разума, поставившего человека, упоенного своими силами, в центр Вселенной. Культура Просвещения приобрела черты рациональности, некоторой сухости и умозрительности. Духовность сменилась рассуждением, эмоциональный порыв - системой доказательств, вера - научной убежденностью.

За христианством просветители закрепляют такие термины, как невежество, мракобесие, религиозный фанатизм. Веру в Бога они считали причинами всех человеческих бедствий. Но просветители выступали и против феодально-абсолютистского режима, за политическую свободу, гражданское равенство. Идеи Просвещения оказали значительное влияние на развитие общественной мысли. Это только в XIX-XX вв. идеология Просвещения стала подвергаться критике за идеализацию человеческой природы, оптимистическое толкование прогресса как неуклонного развития общества на основе совершенствования разума. Но в XVIII веке, в широком смысле просветителями называли выдающихся распространителей научных знаний.

Но если во Франции свет просвещения обернулся тьмой революции, то в славянских землях он осветил путь к борьбе за национально-государственную независимость. У славян эпоха Просвещения дала много положительного в общественном развитии. Прежде всего, совершенствовалась система образования, особенно в землях, входивших в австрийскую монархию Габсбургов (Чехия, Венгрия со Словакией, Словения, Хорватия), постепенно становившуюся страной сплошной грамотности. Развивалась высшая школа. Особое распространение получила просветительская деятельность.

Историки всего мира вот уже свыше двух веков подробно, по дням и часам занимаются всеми событиями, происшедшими во Франции в конце XVIII века. Статей и книг о ней вышло десятки тысяч, чуть ли не на всех языках. Все, что произошло в этой отдельно взятой стране, действительно положило начало новой эпохе в истории всего человечества. В Советском Союзе этой темой занимались особенно активно. Как никак, налицо был проверенный эксперимент по разрушению старого миропорядка и созданию нового государства, духовным основанием которого было новое, до селе не существовавшее в государственной форме мировоззрение. Именно оттуда брались многие примеры для того, чтобы потом все это повторить в нашей стране - тогдашнем СССР. Я помню своего преподавателя в Ставропольском государственном педагогическом институте М.П. Заикина, бывшего политработника, служившего до 1953 г. в Ставропольском суворовском училище. Более восторженного человека, бредившего идеями и событиями революции, знавшем наизусть биографии всех ее деятелей, я больше никогда не видел.

И все-таки, революция во Франции по-разному оценивается историками и публицистами вот уже свыше двухсот лет. Немало людей ее приветствуют и пишут о ней только в восторженном тоне, так, как восторгались ею многие ее современники не только в самой Франции, но и в других государствах Европы. Но столь же большое число историков считает это событие отвратительным, кровавым, подорвавшим устои не только христианской идеологии и церкви, но и нарушившим ход мировых исторических событий.

Существует и еще одна, довольно устойчивая точка зрения, не лишенная серьезной документальной основы, что революция во Франции в 1789 году была подготовлена и проведена масонами. Это был самый большой в XVIII веке мировой заговор. Больше того, это была первая в мире попытка вольных каменщиков создать образцовое масонское государство с одновременным уничтожением всех противников их идей.

С одной стороны, большинство крупнейших деятелей Французского Просвещения и тех, кто считал себя принадлежащим к интеллектуальным слоям общества, в годы, предшествовавшие Великой Французской Революции, действительно вступали в ряды вольных каменщиков. Это стало своеобразной модой и знаком элитарности. С другой стороны известно, что масоны, мартинисты и иллюминаты - многие из них состояли в нескольких ложах сразу - приветствовали Французскую революцию, хотя она была начата не ими. Правда и то, что среди революционеров были масоны (Дантон, Робеспьер, Мирабо и др.), но и среди самих масонов имелись высокородные аристократы и даже лица королевской крови. По этим и ряду иных причин масоны основной роли во Французской революции не сыграли, а с началом террора и вовсе "сошли на нет", выродившись в патриотические кружки мистического толка.

Почетный профессор Пенсильванского университета Джон Энтин в своей статье, недавно опубликованной на русском языке, посвященной чрезвычайно интригующей сегодняшний политический мир теме теории заговоров, отмечал, что "теории заговоров как средство интерпретации истории и политики являются опасным и дестабилизирующим явлением в сегодняшнем мире". И далее автор прямо указал, что "заговоры уходят так же далеко в прошлое, как и сама политика. Их корни следует искать в средневековье, а может быть, и в античности, но по большей части они порождены Французской революцией конца XVIII в., великой рассадницей всех мировых "измов". И далее автор пишет, что именно эта революция породила тот конспиративизм, с которым мы живем и по сей день. Как это ни парадоксально, сама революция уничтожила возможности для успеха большого заговора. При "ancienne regime" господствовала элита. Революция положила начало веку идеологии, появлению в общественной жизни самых разнообразных "измов", политических партий и массовых движений. Более того, зарождающиеся промышленные отношения в панъевропейском масштабе сделали рынок значительной детерминантой социально-политических преобразований" (1).

Впервые об участии масонов во французской революции сообщил аббат Огюстен де Баррюль еще в 1789-1798 гг. Спасаясь в Англии от преследований на родине, бывший иезуит написал четырехтомную историю тайных обществ - франкмасонов, иллюминатов и др. Он даже связал французских заговорщиков с якобинцами. Он впервые объяснял французскую революцию результатом успешного заговора масонов. Интерпретация Баррюля была попыткой наиболее детальной и элегантной с точки зрения целой коллекции внешних атрибутов наукообразности. К 1812 г. его многотомный труд был переведен на девять языков, в том числе на русский, и неоднократно переиздавался, вплоть до 1837 г. Баррюль оказал влияние на несколько поколений французских мыслителей и оставил глубокий след в германском романтизме.

Необходимо заметить, что первоначально отношение к масонам было во Франции не просто терпимым - никто во властных структурах не придавал ему никакого значения даже при королевском дворе. Так, например, 27 февраля 1771 г. королева Мария-Антуанетта беспечно писала своей сестре Марии Христине:

"Мне кажется, вы придаете слишком много значения масонству во Франции; оно далеко не играло у нас такой роли, как в других странах, благодаря тому, что здесь все к нему принадлежат и таким образом нам известно все, что там происходит. В чем же вы видите опасность? Я понимаю, что можно было бы опасаться распространения масонства, если бы это было тайным политическим сообществом, а ведь это общество существует только для благотворительности и для развлечений; там много едят, пьют, рассуждают, поют, а король говорит, что люди, которые пьют и поют, не могут быть заговорщиками. Также нельзя масонство называть обществом убежденных безбожников, ибо я слышала, там постоянно говорят о Боге, кроме того, там раздают много милостыни, воспитывают детей бедных или умерших членов братства, выдают их дочерей замуж - во всем этом я, право, не вижу ничего дурного. На днях принцесса де Ламбаль была избрана великой мастерицей одной ложи; она мне рассказывала, как там с ней мило обращались, но говорила, что выпито было больше, чем спето; на днях там предполагают дать приданое двум девицам. Правда, мне кажется, что можно бы было делать добро без всяких таких церемоний, но ведь у каждого своя манера веселиться; лишь бы делать добро, а остальное не безразлично ли нам".

Но уже спустя девять лет, Мария-Антуанетта писала 17 августа 1790 года своему брату императору Леопольду II совсем иначе: "Прощайте, дорогой брат, верьте нежности вашей несчастной сестры. Главное, остерегайтесь всякого масонского сообщества. Этим путем все здешние чудовища стремятся во всех странах к достижению одной и той же цели".

Именно это общество, "существующее для развлечения и благотворения", убьет 2 сентября 1792 г. принцессу де Ламбаль, а 16 октября 1793 г. и саму королеву. Но это так, к слову.

С чего же началось брожение во Франции? Начало революционных идей, по мнению большинства историков, лежит в отходе западноевропейской элиты от гуманистических идей и учения христианства. Не обошлось и без социально-экономических сложностей, накопившихся в этом государстве в течение не одного века. В XVIII веке подавляющее большинство французских писателей и философов дружно, в один голос, стали выступать против католической церкви и монархии. Такие знаменитые писатели, которыми называли властителями дум всего просвещенного населения европейских государств, как Вольтер, Монтескье, Руссо и многие другие, без стеснения и сдержанности лили грязь и насмешки на церковь. Именно они первыми стали требовать "свободы, равенства и братства", а это ни что иное, как официальный масонский лозунг, ставший затем лозунгом французской революции.

Французская интеллигенция, состоящая в основном из дворянского сословия, привлечённая "смелостью и прогрессивностью" мыслей этих и других писателей, всё больше увлекалась идеями "конституционной" монархии - монархии, в которой монарх фактически лишался всей своей власти (вроде английской).

Итак, почва для "вольнодумных" идей оказалась великолепно удобренной. В течение двух-трех десятков лет во многих европейских странах удалось разрушить уважение к церкви, веру в христианские моральные ценности. Французская интеллигенция все более настойчиво начинает требовать права участия в управлении страной (эти процессы, как не странно повторятся в начале XX века, но уже в России). Следует отметить одну особенность высшего духовенства католической церкви Франции - оно состояло как из представителей интеллигенции, так и высокопоставленного дворянского сословия. Именно эти лица оказались не только подверженными влиянию атеистических воззрений писателей-просветителей, но и сами нередко выступали, как мы увидим ниже, чуть ли не с атеистическими идеями. Не ошибемся, если скажем, что высшее духовенство Франции в значительной мере помогло революции: получая немалые доходы, ведя роскошный, светский образ жизни, оно все больше отходило от христианских заветов о воздержании и служении духу. В то же время низшее французское духовенство буквально нищенствовало. В такой атмосфере подавляющее большинство французского дворянства с нетерпением и восторгом ждало наступления "свободы, равенства и братства" (как, кстати, и русская интеллигенция в начале XX века), требуя от короля этих прав.

Царствовавший в то время король Людовик XVI в 1789 г. наконец созывает после 175-летнего перерыва "генеральные штаты", так во Франции называлось собрание представителей разных сословий. Генеральные штаты включали только духовенство (300 депутатов), дворян (300) и "третье сословие" (600). Это третье сословие, заседавшее отдельно, было прослойкой между духовенством и дворянством и рабочими и крестьянами. Другими словами, народ в Штатах представлен не был. Из 600 депутатов третьего сословия более 200 были адвокаты (!). Вот тут и стали происходить события, за развитием которых король наблюдал невнимательно. Рассказать обо всех происшествиях революции во Франции - не наша задача, вот почему мы обратим внимание лишь на отдельные события в хронологии первого года.

1788.08.08 - Генеральный совет назначает открытие Генеральных штатов королевства на 1 мая 1789 г.

1788. 27.12 - Королевский указ о порядке выборов в Генеральные штаты. Число депутатов третьего сословия приравнено к количеству депутатов от первых двух сословий взятых вместе.

1789.05.05 - Открытие Генеральных штатов.

1789.17.06 - Депутаты третьего сословия провозглашают себя Национальным собранием.

1789.09.07 - Принятие Национальным собранием названия "Учредительного".

Вот тут-то и началось возбуждение народных масс.

1789.12.07 - Первые столкновения восставшего народа с королевскими войсками на улицах Парижа.

1789.14.07 - Штурм и взятие Бастилии.

После этого разговоры на заседаниях Учредительного собрания стали носить более враждебный к церкви и монархии характер.

1789.04.08 - Декларация депутатов от дворянства и духовенства об отказе от феодальных привилегий.

1789. 04-11.08 - Декреты об отмене привилегий сословий и провинций.

1789.26.08 - Принятие Декларации прав человека и гражданина.

Говоря о политике революции во Франции и созданных ею учреждений в отношении религии и церкви, следует сразу же оговориться, что она никогда не была единой не только на разных этапах развития революции, но даже в одни и те же периоды. Справедливо мнение И.А. Крывелева, что здесь сказывались "глубокие классовые противоречия внутри революционного лагеря, борьба между различными политическими партиями и группировками, влияние разных фракций и направлений свободомыслия".

После принятия "Декларации прав человека..." потребовалось всего два месяца, чтобы окончательно восстановить общество против церкви. Больших усилий на это тратить не пришлось, в течение всего XVIII века отношения между всеми слоями французского общества и церковными структурами настолько осложнились, что враждебность к ним оказалась попросту повсеместной, чем незамедлительно воспользовались революционеры. К началу ноября Учредительное собрание было готово посягнуть на церковные доходы, перед этим была отмена церковной десятины без ее возмещения. Это решение касалось не только тех отчислений, которые делались непосредственно католической церкви, но и десятины, которая отчислялась монастырям и орденам. Однако этого показалось мало, Учредительное собрание стало ускоренными темпами готовить общественное мнение о необходимости наложить руку на земельные владения церкви, которые, кстати сказать, были немалые.

1789.02.11 - Декрет о передаче церковных имуществ в распоряжение нации.

12 января 1790 г. было принято решение о введение смертной казни посредством гильотины "как более

Источник
Tags: История, Польша
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments